***

Срывалась жизнь, как голос у подростка,

Как стебелёк, как камень, как звезда,

Срывалась просто так – обыденно и плоско,

Срывалась… и летела  в никуда.

Чем дальше в лес, тем искушённей души,

Чем глубже в сон, тем ближе до рассвета,

Язык немеет, остаётся – слушать

И ждать – неочевидного ответа.

О том, как жизнь, срываясь и плутая

В лесу, во сне всё что-то ищет, чует,

Но не находит… и, как льдинка, тает,

Сама себя нещадно четвертует.

На чувства, мысли, на слова, на звуки

Зачем-то делит всё, ревниво разделяет,

И терпит, сносит неземные муки,

И – этой мукой – в вечность прорастает.

                        ***

Я начал жить. И принялся кричать

Орать, визжать, ногами дрыгать

Из-за того, что трудно передать,

О чём не прочитаешь в умных книгах.

Я начал жить. Я начал умирать.

И каждый раз при наступленье ночи,

Я продолжаю с болью понимать,

Что стала жизнь на целый день короче.

Но что-то там, но что-то там – внутри

Растёт и расцветает постоянно,

С приходом ночи, с лучиком зари,

И это что-то остаётся безымянным.

И это всё, что будет после нас,

И это всё, что было до рожденья,

Что помогает жить в тяжелый час,

И почему растут стихотворенья.