D'une vaste prison imite les barreaux,

Et qu'un peuple muet d'infâmes araignées

Vient tendre ses filets au fond de nos cerveaux.

Бодлер

______________________________________

НОЧНОЙ ТРОЛЛЕЙБУС

Ночной  троллейбус  едет  еле  слышно

вдоль фонарей  наивных  детских  снов.

Салон  в  нём  пуст.  Лишь  я  один,  отшельник,

отправился  на  нём  в безвестный  путь.

Мой  город  спит.  Темно,  но  мне  не  страшно.

Я  вновь  погряз,  но  только  навсегда

в  тончайших  нитях   сложной  паутины,

название  которой  дали – рок.

Ночной  троллейбус  прочь  меня  увозит

от  прежних  грёз  в  дороге,  полной  тьмы.

Смотрю  в  окно,  в  огни  безлюдных  улиц,

рождает  одиночество  тоску.

Я  пропустил  в  дороге  остановку?

Нет, я  её  проехать  бы  не  смог!

Хочу  пройти  к  водительской  кабине,

но   сознаю:  троллейбус  едет  сам. 

ПРИЗРАК

 Английский  сонет.

В  одной  из  комнат  местного  музея

я  встретил  женский  плачущий  фантом,

где  тишина  ласкающим  теплом

и   древней  степью  бесконечно  веет.

Грустны, как  осень,  девичьи  глаза.

Большое  платье  соткано  туманом.

Всё было  так  таинственно  и  странно.

Но  почему  она  не  в  небесах?

В  её  великолепном  силуэте

я  разглядел  былую  красоту.

(А  я  смотрел  внимательно  на  ту,

чей  труп  остыл  давно  минувшим  летом).

Я  осознал:  покой  могил  ничтожен

для  красоты,  что ты даруешь, Боже…

ТОНКИЙ МИР

Английский сонет

Есть  тонкий  мир,  загадочный,  как  ночь.

Там  сходятся земные  параллели,

где  нежный  всплеск  невидимой  капели

звучит   в краях  всегда  зелёных  рощ.

Там  жизни  явь  в  огромной  зыбке  сна

качает  грёз  таинственные  миги,

и  в  темноте  едва  заметны  лики

заблудших  душ  у  светлого  окна.

И  солнца  лучик  вдоль  воды  речной

скользит,  искря,  как  молния  на  небе.

А  в  летнем  поле  золотисто-хлебном

играет  тихий  ветер  озорной.

И  что-то  есть  в  обильной  тишине

знакомое  и  родственное  мне.

В ПОЛЯХ, ГДЕ СМЕРТЬ ПОСЕЯЛА ВОЙНА…

Готический  сонет

В  полях,  на  коих  смерть  посеяла  война,

спустя  какой-то  век  уютнее  и  тише;

там  ветер  озорной  покровы  трав  колышет,

и  всходит  по  ночам  бессонная  луна.

Лишь  только  в  этот  час,  лишившись  напрочь  сна,

покинуть  мрак  могил  немедленно  решивши,

приходит  на  поля  в  полуночь  еле  слышно

погубленных  бойцов  печальная  родня.

Там  плачут  под  луной  и  матери,  и  жёны

(вернее - духи  тех)  по  близким  и  родным,

напрасно  вновь  ища  их  души  в  поле  сонном.

Ведь  место  даровал  в  Раю  Всевышний  им.

И  только  для  родни  погубленных  героев

посмертно  не  найти  блаженного  покоя.