Он кругл и невесом, и в этом виде

Как будто мяч хочу его бросать

Через веревку между двух стволов.

Ее не видно – тоненько, мало --,

Но слышится, как, запинаясь, ветер

Препятствие пытается сорвать.

В дому скрипит под тяжестью кровать,

Во сне тревожно всхлипывают дети.

Полно заветным сумраком былье

И темнотой питается белье.

                           ***

Бывают дни, когда жара грызет

Луну, как яблоко. Она красна снаружи,

Внутри желта или бела.

Надкусываешь – и смола

Твой поздний сковывает ужин.

Так сковывает робость губ --

Как будто бы неинтересен,

Гонял обрывки на столе

Осенних и озябших песен.

В окно глядело око сна.

Не уходил. И  не заметил:

К утру растаяла луна.

                           ***

Лицо мое бело. А сад багров.

И я иду под огненный покров.

Пускай исканье смысла остается

На долгий день. Пока сады горят

Со мною привиденья говорят,

Кусок луны доверчиво смеется.

Пока сады как саламандры дремлют

В огне последнем перед волшебством

Которое  живые  неприемлют.

Как иссеченье грубой полноты:

Увяли травы, умерли цветы.

И раною расширилось пространство

В нем возвращает женщина себя