Под деревом безлиственным лежать

отнюдь не означает видеть небо:

ветвями перечёркано нелепо,

как черновик. И облака дрожат,

Насаженные ветром на сучки,

уверенности добавляют в том, что

и небо – грех. И нам с тобою можно

под ними быть незримыми почти.

Нащупывая корни, мы вот-вот

припомним, что когда-то было Древо.

А был ли плод? Растрёпанная Ева

смущённо в землю семечки сметёт.

И облака, рассеявшись на миг,

откроют этот лист земной тетради,

где Ева множит точечки, не глядя,

что смахивает всё на черновик.